Тем временем начало темнеть. Мы тронулись вновь по бесконечному серпантину, но даже после трёх часов супер-езды мы всё ещё видели внизу ту же самую деревню с поворотом на Пенджикент, где стояли три часа назад. Потом совсем стемнело, заветрило и похолодало, на небе показались звёзды.

Раз или два в час нас обгоняли какие-то перегруженные легковушки.

— Вон машин как много, а мы едем в этом кузове, — заметил мой напарник.

— Митя, тебе одного не хватает: надо верить в то, что «последовательность событий всегда правильна». А если нам кажется, что что-то в нашем путешествии неправильно, значит, последовательность событий ещё не завершилась. Да и что ты беспокоишься: ведь всё равно завтра будем в Ташкенте!

— Да вот, могли бы доехать побыстрей!

Грузовик опять остановился: закипела вода в моторе. Тёмный силуэт водителя при свете фар отправился с ведром к придорожному ручью, зачерпнул воды и стал обливать капот. Как в огромном проекторе, на соседнем склоне появился гигантский силуэт водителя, машущий силуэтом ведра.

— Я тебе говорю: ты через десять лет будешь помнить, как мы ехали ночью по таджикским перевалам, на мешках с курагой, смотрели на эти звёзды и на эту огромную тень с ведром. Ты ещё вспомнишь это!

Не знаю, уверовал ли Митя в мои слова, но больше не высказывал желаний пересесть в другие машины. Вскоре мы достали спальники, шапки (ух и прохладно же ночью ехать в кузове на высоте 3500!) и погрузились в сон.

Грузовик, вероятно, продолжал ехать, останавливаться, водитель махал ведром, но я уже этого не замечал. В какой-то неведомый момент мы достигли перевала и поползли вниз. Ещё через несколько часов нас разбудили.

— Вылезайте, дальше мы сворачиваем, — сказали немногословные жители кузова.

Мы быстро скинули на землю рюкзаки, спальники, полиэтилен и спрыгнули сами. Я мимоходом удивился, как быстро мы доехали, и подошёл к кабине — прощаться с обитателями её.

— А деньги?? это же такси!!