Я удивился не меньше водителей. У меня оставалось всего 600 таджикских рублей — цена пяти лепёшек или месячная зарплата сторожа.

— Это же шестьсот рублей!! — воскликнул водитель, рассмотрев мой «презент». — Вас же двое!! Я же вас сто километров вёз!!

— Если вас что-то не устраивает, давайте мы поедем с вами и завтра отработаем, сколько нужно, скажем на базаре или на огороде, — предложил я.

Водитель подумал ровно одну секунду.

— Садитесь. Живее!

Я и несколько озадаченный Митя закинули обратно, в кузов, свои рюкзаки, спальники, полиэтилен и себя, и вот грузовик уже тронулся и вёз нас по ночной деревне, по узким глиняным улочкам. По лицу хлестали ночные ветки, мы петляли среди каких-то заборов, и наконец прибыли на какую-то базу. Свет фар упёрся в железные ворота. Один из водителей вылез; появились какие-то ещё таджики, отворили ворота, и мы въехали во двор. По сторонам двора были какие-то строения и навесы, под коими располагались кучи кураги, изюма и другие продукты. Молчаливые жители кузова слезли, мы поступили так же. Ворота с грохотом заперлись за нами.

— Сейчас спать, завтра работать, — и один из водителей указал нам место для сна. Это была небольшая комнатка, тускло освещённая; на полу лежали ковры, тюфяки и таджики. Мы легли среди них.

«Вот так попадают в рабство на плантации в Таджикистан», — наверное, решил мой напарник Митя, но ничего не сказал.

…Настало утро.

Жители молчаливо проснулись. Мы последовали их примеру, собрались, умылись и затусовались во дворе. Тут нас и увидел вчерашний водитель.

— Дорогу на трассу знаете?

— Знаем.

— Можете идти.

— Спасибо.

Мы взяли рюкзаки. Открылись железные ворота, и мы вышли на свободу. Долго петляли среди глиняных заборов, ища трассу на Ташкент, и рассуждали о вчерашнем. Действительно, где ещё, в какой стране, мы бы нашли ночлег на двоих всего за шестьсот таджикских рублей?

Итак, мы вышли на трассу, понимая, что любая последовательность событий всегда правильна.