Почему так произошло?
Так происходило всякий раз, когда он завязывал с выпивкой, когда выходил из запоя.
Ему не нужны были врачи, он никогда не «подшивался». Всё начиналось легко, весело и непринуждённо. Это сейчас, запершись в туалете, он проклинал тот день, когда мысль «а не выпить ли?» показалась ему верной, прекрасной, сулящей удовольствие. А потом он уже не мог остановиться. Пока не доходил до определённой черты. И каждый раз эта черта была всё ужаснее.
И теперь он сидел на унитазе и думал, как хорошо, что жена, дочь и даже Вера Григорьевна не знают, как он провёл этот месяц. Они видели его приходящим пьяным или не видели в какой-то день вообще, но они не знали подробностей. И это хорошо. Помыться бы.
А потом всё заросло и наладилось.
Всё утро в голове вертелась фраза, с которой он проснулся: натруженные коленки олигарха. Хотелось спать и ничего, кроме этой фразы, которая отдавала шуткой, предназначенной для тех, кого эти олигархи «обокрали», в голове не было. И в святом месте на все лады мусолили эту фразу, которая, как пришедшая в голову дурацкая песня, никак не отвязывалась. Существовал способ: нужно вспомнить такую же прилипчивый мотив и нейтрализовать. Но с фразой такой метод борьбы не проходил, надо было придумать такую же. А хотелось остаться дома и лучше в горизонтальном положении, а не тащиться в университет к студентам-заочникам, которые не без оснований надеялись держать экзамен, держа в руке зачётку с припрятанным между страниц эквивалентом знаний.