Но стоило матери подать тревожный сигнал, как все три детёныша стремглав бросались вниз, в нору. А мать отводила врагов в сторону. Сегодня она тоже сумела запутать следы. Но Анъяра провести не смогла. Он нашёл «столовую» лисьей семьи. Здесь он долго кружил, временами останавливался, распутывая след. Марат очень волновался: ему хотелось во что бы то ни стало разыскать нору и доказать дяде Никандру, какой учёный и умный его Анъяр.

С полянки Анъяр медленно двинулся в сторону балки. Спустился по обрывистому берегу и затерялся в кустах боярышника. Люди смотрели сверху вниз, стараясь разглядеть собаку. Здесь трава была так высока и стояли такие заросли боярышника, что они ничего не видели. Но раздался лай Анъяра.

Все спустились и увидели нору. Дядя Никандр сунул туда длинную палку, чтобы выгнать лисят, но палка уткнулась в изгиб норы. Пришлось сбегать на ферму за лопатами. Рыли по очереди. Из норы пахло так тяжело и едко, прямо задохнёшься. И как это лисята могут там жить? Нора была глубокая, извилистая. От главного хода шли боковые, а лисят всё не было. Может быть, лисята ушли через запасные ходы? Но Анъяр рычал, не отходя от главного ствола норы, Раскопали правый лаз и в глубине заметили лисят. Нору осветили факелом. Лисята скалили острые белые зубы и тоненько тявкали. В их испуганных глазах отражался огонь факела. А лиса, посаженная в мешок, скулила и рвалась к детям.

Никандр обернул руку старым ватником и схватил одного лисёнка за шиворот, другие тоже вцепились в ватник. Так и вытащил он руку с повисшими на ней лисятами.

Еле разжали им зубы и оторвали от ватника, а потом, когда уложили в лукошко с крышкой, они в темноте притихли.

В тот день лисью семью подарили живому уголку школы.

С этого дня за Анъяром укрепилась слава настоящей учёной собаки. Теперь дядя Никандр не называл её пенсионеркой, а каждый вечер приходил к дедушке Марата и просил отпустить Анъяра на ночное дежурство.