Несколько обстоятельств беспокоили меня, когда в ночь с 28 на 29 апреля мы ехали в Москву, чтобы оттуда самолетом отправиться во Францию, я практически не сомкнул глаз. Счастливый человек Ваня Яремчук, у него словно нет нервов. Войдя в вагон и поставив сумку, он сказал, ни к кому не обращаясь, а так, вообще: «Какая разница кого обыгрывать? Мадрид так Мадрид…» Потом добавил, выглянув на перрон: «Ох и толпа здесь соберется 5-го утром!» Ивану действительно все равно, против кого играть, будь то «Нива» (Винница) или московский «Спартак», сборная Аргентины или «Атлетико», пусть даже сборная Марса…

Я был далек от оптимизма Яремчука из-за ряда, как уже говорил, обстоятельств.

16 апреля мы сыграли в Праге, а затем на десять дней ведущие игроки исчезли из нашего поля зрения. Сначала они поехали в Симферополь, тренировались в сборной, играли против сборной Крымской области, затем отправились в Румынию, на товарищеский матч с национальной командой этой страны (23 апреля), к нам попали 25 апреля, за два дня до важного календарного поединка со «Спартаком» в Киеве.

Заваров получил травму в Симферополе, к счастью, она оказалась легкой. Блохин же в своем сотом матче за сборную надорвал мышцу бедра. Травма для футболистов обычная, но для лечения требующая времени, которого, понятно, не было. Неделей здесь не отделаться. За Блохина в Киеве взялись оба наших доктора – кандидат медицинских паук Владимир Игоревич Малюта и Виктор Иванович Берковский. Дважды в день они информировали меня. Ничего утешительного сообщить до отъезда не могли. Блохин не тренировался. Травму он получил на ровном месте, соперники в этот момент не атаковали. Такое бывает. В данном случае причина однозначна: перенапряжение мышцы – сказались многочисленные матчи за клуб и сборную в марте и апреле, в общей сложности пятнадцать игр менее чем за два месяца, отсутствие необходимого на восстановление времени.