Данной махинацией они не злоупотребляли, навещая супермаркет разок в неделю, но и этого хватало, чтобы до упора забить холодильники бесплатной провизией самого высокого качества. Менеджер Виктор, естественно, по окончании трудового дня или же ночного бдения, получал свою натуральную долю.

− Значит, так, − обращаясь к Юре, продолжил продуктовый менеджер. − Мне возьмешь два фунта тигровых креветок со льда, больших − джамбо, не надо, слишком они здоровые, птеродактили прямо какие-то… А, вот! Гусиный паштет в кулинарном отделе − тоже два фунта, ну… икорки, стейки рыбы-меч… Потом не забудь про соус чесночно-томатный к креветкам, большую лохань бери… Пльзеньского пивка пару упаковок, угря, хвосты лобстеров, чего еще?

− Ну, понял, понял, все, как обычно, − откликнулся Жуков, вольготно раскинувший свою мускулистую стодвадцатикилограммовую тушу на заднем сиденье машины и все это сиденье своей персоной занимавший. На его плоском лице с квадратной челюстью искрились веселой хитрецой узкие зеленоватые глаза.

Взгляд Виктора − плечистого, сухощавого брюнета, напротив, был угрюм, темен и нес в себе привычную стылую угрозу.

− Чего-то не нравится мне мой старший, Джон, поосторожнее сегодня надо вынос делать, − продолжил он. − Чуйка у меня: просек этот негритос наши завихрения, в прошлый раз цап меня с картой, перепроверил расчетик, хорошо, клиент правильный был, все до цента сошлось… Извинился, паскуда, но все равно на измене, точно. Сука! Черный, как антрацит на изломе, да еще и голубой…

− Проверял? − равнодушно спросил сидевший за рулем Марк.

− Чего проверять-то? К нему жена его ходит − тоже негр, витиеватый такой, в панталонах… − Он помолчал. Затем продолжил с сомнением в голосе: − А может, сегодня не будем впрягаться, а? Чего-то у меня чувство…