Позднее, в XI веке, среднеазиатский филолог и географ Махмуд аль-Кашгари занесет эти яблоки в свой знаменитый словарь как «кумысные», с объяснением «камыз алымле —кислое яблоко». А лесные орехи, привозимые на восточные базары с далекой Булгарии, стали называться булгарскими.

Уважением и почетом у булгар пользовался дуб, бывший когда-то северным хлебным деревом. На Востоке отваром из его желудей поили для полноты гаремских красавиц.

Волшебной силой наделялась рябина — с ее помощью люди надеялись уберечься от козней злых духов. Гроздья рябины связывались пучками и развешивались под крышами домов и сараев, ее ягодки и листья клали в карман и одежду, а сушеные цветки носили как талисман.

Полюбилась рябинка народу — стали ее сажать около своих жилищ. Знойным летом клали рябиновые ветки в воду, чтобы дольше сохранить ее свежей. А с первыми заморозками собирали плоды, оставляя обязательно часть птицам на зиму. Особенно любили ими лакомиться дрозды-рябинники, глухари, свиристели. По урожаю определяли, какой будет осень или зима: обилие ягод указывало на дожди и морозы.

Рябина считалась также символом семейного благополучия.

Вместе с рябиной у деревянных избушек красовалась черемуха. К ним присоединился шиповник, популярный в восточной медицине: запахом его цветков лечили и укрепляли сердце, отваром плодов — простуду.

Шиповник рос в изобилии по берегам местных рек и в лесах. Неслучайно в XVI—XVII веках из Москвы в Казанский край и оренбургские степи снаряжались даже специальные экспедиции «для изготовления и нащипания свороборинного цвета и плодов». Считалось, что «вода цвета свороборинного раны заживляет, свербяж выводит».

Так люди постепенно «приручали» дикорастущие плодовые растения. А упоминаемые в татарских преданиях царские сады времен Казанского ханства в окрестностях Казани состояли уже не только из местных плодовых деревьев, но и из «гостей» из других стран.