Вспомнив про Вовку, я засобиралась домой. Следовало все-таки хотя бы ради приличия сделать вид, что я его слушаюсь.

Когда я говорила Ульянову о годовщине свадьбы, я не лукавила. Сегодня мы с Ромкой хотели отметить это событие в узком семейном кругу. Поэтому я зашла в супермаркет, расположенный неподалеку от дома, и от души затарилась кое-какими продуктами. С сумками, оттягивающими мне руки ниже колен и делавшими меня похожей на обезьяну, я, пыхтя, как революционный паровоз, тащилась к дому. Возле подъезда я столкнулась с соседом, Мишкой Николаевым. Сколько себя помню, он все время где-то учился и чаще я его видела с книгами и тетрадками, чем с девушками. Однако на этот раз Мишка нес в руках пустой пластиковый пакет. Увидев меня, Михаил хитро прищурился и, коротко бросив: «Женька, привет!», – прошмыгнул мимо.

– Нет джентльменов в родном отечестве, – проворчала я, поднимаясь по ступенькам. – Мог бы и помочь девушке сумки донести! Эх, одни сплошные разочарования…

Наконец я поднялась к себе на этаж и с облегчением поставила сумки на пол. С недавнего времени все ключи я ношу на веревочке на шее. Ромка уже устал менять замки на входной двери. Моя дурацкая привычка терять ключи доводила Алексеева до бешенства, против которого ни один вкусный обед не помогает. В конечном итоге муж решил, что гораздо дешевле повесить мне на шею канат со связкой ключей, чем менять замки пять раз в неделю.

Не успела я снять веревочку с шеи и поднести ключ к замку, как дверь распахнулась и на пороге возник Веник, сияющий что тульский самовар. Такой прием дорогого друга несколько озадачил. Подозревая Веньку во всех грехах, я переступила порог родного жилища.