Можем ехать». Едем на юг вдоль дороги, охваченной по сторонам уступами вертикальных скал. Минуем изумрудно зеленый водоем. Всем хочется поплавать, но принято решение поставить лагерь и только потом купаться. Оставляем позади туристическую стоянку, небольшой поселок Хаджи-Сала (тюрк. хаджи – совершивший хадж, паломничество в Мекку; сала – деревня, селение) и углубляемся в орехово-буковые заросли застилающие балку Джан-Дере (тюрк. джан – душа; дере (дереси) – ущелье, овраг, балка, долина).

Рассматривая неказистые подворья, замечаем надпись на одной из железных калиток «@!». О ее значении сразу возникают несколько гипотез, но основная версия – «Осторожно: Злая собака!»

Палаточный лагерь. Ужин. 16:15. Разбиваем лагерь под густыми кустами орешника. С одной стороны над лагерем нависает массивная гряда Чарадаклы-Баир [высота 557 м] (тюрк. "постройка на столбах, сваях" – по столбчатому характеру скального обрыва), с другой возносится таинственный Мангуп. Обычная лагерная суета: палатки, велосипеды, дрова для костра, обсуждаем ужин. Оказалось, что питьевой воды у нас нет, и Иван, навьючивая велосипед мешком с пустыми флягами, уезжает в поселок.

Организовав нам возможность «помывки» у местного бизнесмена Борис-Иваныча, наши инструкторы оставили нас заниматься своими делами, а сами исчезли, пробормотав что-то про право на отдых и принадлежность инструкторов к категории «люди». Часть туристов приняла горячий душ у весьма предприимчивого Борис-Иваныча, который организовывает для отдыхающих экзотические услуги в виде подзарядки мобильных телефонов, теплого душа, дегустации крымских вин, и даже, как заявлено в его визитке, полетов на воздушном шаре, часть успела окунуться в изумрудном водохранилище и осмотреть прилегающие окрестности, а потом все захотели есть. Поскольку еще днем Ваня обещал приготовить борщ и сделал для этого все необходимые закупки, мы с надеждой поглядывали на мягко садящееся солнце – в прежние дни ужин созревал к закату.