Никакой лагерь не сравнишь с жизнью в горах. Очень мне было там хорошо. И Аслан со мной. За всё лето я только три раза побывал дома и то потому, что дядя Мухтар посылал меня за продуктами и за одеждой. Ходил я всё больше в одних трусах и так загорел, что стал похож на обожжённый кирпич.

Неподалёку от загона текла речушка, холодная и прозрачная как стекло. Она брала своё начало в заоблачных вершинах Турьей горы. По нескольку раз в день я купался в ней и часто ловил форелей. Форели в речке было видимо-невидимо, а ловил я её простым способом, которому меня научил Гасан; он был моложе всех чабанов и дружил со мной.

По способу Гасана совершенно не нужны всякие там лески, крючки, черви. Надо только выкопать небольшую канаву и отвести русло реки. Горную речку очень легко направить в какую-либо другую сторону. И в том месте, где прежде текла река, остаются заполненные водой воронки. Форели обычно прячутся в этих воронках!.. Бери ведро и собирай голыми руками! Вот и весь секрет.

И чего только я не нагляделся и не узнал в то лето! Однажды я шёл со своим Асланом в горы на пастбище к дяде Мухтару. Вижу — на кустах сидит маленькая, неказистая птичка. Аслан насторожился и стал подкрадываться. Птичка будто и не замечала его. Но когда Аслан совсем уже приблизился, пичужка резко повернулась, разинув клюв, пронзительно зачирикала и замахала крыльями, готовая кинуться на врага. Здоровенный Аслан поджал хвост и стал пятиться. Ну и лев, бесстрашный лев, нечего сказать, испугался крошечной птицы! Удивлению моему не было конца. Ведь Аслан не боялся даже орлов. Но дядя Мухтар мне объяснил в чём дело. Значит, поблизости было гнездо этой птички и она охраняла только что вылупившихся птенцов. И Аслан знал то, о чём я не имел понятия. Самая малая пичуга в таких случаях делается отважной.