
Смотрю я – мама моя, свинка Розалия! Животные все подобрались, глаза горят, как у хищников лютых. Даже у Иа выражение на лице стало менее идиотским. Поговорил так Винни минут двадцать, зверье прям на месте подпрыгивает. Мол, давай сюда этих пчел! Крылья им оборвем, из полосок на брюхе подтяжки наделаем, мед весь схряпаем, просто не ходи купаться. Пух некоторое время постоял молча, наслаждаясь произведенным впечатлением, затем эффектно махнул лапой в сторону старого дуба и крикнул:
– На пчел, самцы! Вперед!
Животные, толкаясь и пихаясь, помчались через бурелом, а мы с Винни остались одни на поляне.
– Пух! Я просто поражаюсь! – сказал я. – Откуда в Вас такое понимание чаяний простого народа? Лично я себя не считаю Цицероном, но при случае умею произвести впечатление. А от Вашей речи они все как с глузда съехали! И откуда эти странные выражения: «литая кружка», «топчись оно все конем», «в этом моя вам медвежья услуга»?
– Задача настоящего лидера, – отдуваясь, сказал медведь, – тонко чувствовать настроение зверья. И говорить с ними на одном языке. Вот Вы сейчас спрашивали меня о каких-то странных выражениях, как будто я помню, что именно я там говорил. Для меня важны не слова… Что слова? Шелуха. Мне нужно передать им свой настрой. А что я при этом говорю, сам даже и не слушаю. Ладно, хватит теории. Приступаем к практике. Строимся в колонну по одному поросенку и медведю, а дальше – вперед, к дубу.
