Лаурель понёсся в сторону. Артек замер, точно удивлённый неожиданным нападением.

Виктор соскочил с коня, нагнулся, пытаясь помочь Люде встать.

— Отстань, дурак! Тоже мне всеобщий покровитель! — низким, не подходящим для принцессы голосом крикнула она, встала, что-то бормоча, принялась вытирать платком свои брюки, джемпер, куртку…

— Так ты разволновалась из-за нарядной одежонки. — Виктор улыбнулся. — Не надо так расфуфыриваться во время работы!

«Какое злое лицо. У них что-то общее с конём. У Люды лишь белки не покраснели, как у чернющего Лауреля, — подумала Ксана. — А какие оба красивые! Но видать, не это главное на манеже!»

— Чего не поделили, неясно. Хотя Лаурель — псих, часто ссорится со всеми вообще. Так его Люда воспитала — старалась разозлить, разгорячить старалась, — говорил Виктор. — Потерпи, Артюша. Хорошо, ветеринар оказался на месте, сейчас придёт.

Артюша стоял в деннике, временами вздрагивая. Передняя нога у копыта была окровавлена. На белоснежной шерсти кровь казалась особенно яркой.

У порога стояла Ксюша и еле сдерживала слёзы. Она сама не ожидала, что ей станет так жаль коня. Только что танцевал — гордый, красивый. Теперь вот стоит беспомощный и грустно смотрит на Виктора.

Пришёл ветеринар. Артюша спокойно дал обработать рану.

Потом Виктор попросил Ксану сходить за лекарством для коня. Девочка охотно побежала за ветеринаром, вскоре возвратилась. И вдруг вспомнила, как недавно бабушка ждала её из аптеки несколько часов. Ксана встретила по дороге одноклассницу, и они пошли в кино…

— Молодец, быстро сгоняла. — Виктор достал из кармана пакетик с сахаром. — Дай ему, пока накрою его второй попоной, а то ещё простудится. Не бойся, давай на ладони, он осторожно берёт. Ты своего Вихря угощаешь?

— Не-ет, — смущённо ответила Ксана и, стараясь подавить испуг, протянула кусок Артюше. Он приятно дунул теплом на ладонь.