— Напрасно не угощаешь. Они лакомки. Удовольствий у партнёров не так уж много бывает.

— Мне говорили, что именно кони любят, но всё забываю приносить.

— Память короткая лучше, когда о себе думаешь, а не о других, — заговорил Виктор. — Эх, Артюша, сколько проболеешь, не знаю, но приходить буду каждый день. Лечить тебя.

— А я буду помогать, ладно?

— Ладно. Научу тебя как следует чистить коня. А то толком подойти боишься, точно перед тобой хрустальная чаша.

К своему удивлению, Ксана не ответила по старой привычке какой-нибудь дерзостью. Не захотелось ссориться после беды с Артюшей.

Длинный коридор между денниками упирался в дверь с надписью: «Выездка». В этом помещении все шесть девочек из группы Виктора неторопливо переодевались после тренировки.

— Счастье, Людочка, что не разбилась, даже пальчик не поцарапала, — сказала одна из девочек.

— Я сама чуть не упала, когда Лаурель встал на свечу. Ужас! — подхватила другая.

— Люда подготовлена, как взрослая. Четвёртый год занимается… мастерство! — восхитилась третья.

— Мне кажется, я ничего не добьюсь в выездке, — поморщилась Люда. Однако в голосе чувствовалась скорее гордость, чем огорчение.

Девочки запротестовали:

— Ты не добьёшься? Ты!

— У кого ещё такая посадка!

— Во всей школе поискать.

— Ну уж! — улыбнулась Люда. — Этот Витька противный свою клячу не смог сдержать, куда ему. Лаурель испугался, бедненький.

Все точно забыли, кто напал на Артека. Только одна девочка, самая маленькая, вдруг сказала:

— А ты, Людка, ведь нарочно пустила Лауреля через манеж!

Все возмутились, зашикали. Люда не ответила, только гордо отвернула в сторону свою красивую голову.

Никто не заметил, как в раздевалку вошла Ксана.

— Злобы много у твоего партнёра, Люда, — сказала она. — Не знаю, какие-то вы оба до смешного злые. — Ксана захватила свою сумку, широко открыла дверь и выбежала.