Большинство профессионалов, и я в том числе, очень любят хоккей, играют с удовольствием, стараются все матчи проводить с полной отдачей. Впрочем, и тренеры за этим строго следят – у них в запасе немало претендентов на место каждого из основного состава. Наши наставники не мучают нас разговорами перед матчами. Обычно собрания перед игрой не длятся более четверти часа, и говорят на них все, и Боумэн не больше остальных.

Боевую форму я обретаю где-то ближе к зиме, хотя и осенью играю со старанием, а лучше всего у меня получается игра весной в матчах Кубка Стэнли. Надеюсь когда-нибудь блеснуть на чемпионате мира.

Весной 1981 года «Монреаль канадиенс» оплошал в розыгрыше Кубка Стэнли, и первые «звезды» клуба Лафлер и Робинсон вылетели в Швецию, чтобы усилить сборную Канады на чемпионате мира. Робинсон сыграл отменно и был признан лучшим защитником мирового первенства. А Лафлер, едва успев выйти на лед в матче с аутсайдерами-голландцами, был атакован соперником, получил травму и так и не обрел себя до конца чемпионата. Когда позже я расспрашивал Ги о причинах неудачи, он отшучивался: «Во-первых, после утомительного перелета и из-за большой разницы во времени между Канадой и Европой я, даже выйдя на лед, продолжал… дремать, а во-вторых, я не предполагал, что на любительских чемпионатах мира даже слабейшие команды играют так жестко».

В каждой шутке, однако, есть доля правды. В этой – тоже. Так что пока мечта Лафлера «блеснуть на чемпионате мира» осталась несбывшейся.

– В последние годы, – заметил Лафлер, – на собственном опыте и по телевидению я неплохо познакомился с игрой советских хоккеистов, и многие ваши мастера на меня произвели большое впечатление. А встречу «Монреаль» – ЦСКА я, например, считаю лучшим матчем мирового хоккея всех времен.

– Включили бы вы некоторых из советских хоккеистов в «Олл старз» мира на сегодняшний день? – поинтересовался я.

– Безусловно, – ответил Лафлер. – В воротах – Третьяк, в защите с нашим Робинсоном – Васильев, в нападении, если позволите, со мной – Тротье и Харламов.