- Не помните, с кем он ссорился во время игры?

- Ну, поругался с Тенгизом и с тем... пижоном.

- Лисневским?

- Да, с ним. Назвал его мошенником - не знаю, почему. Я ведь за игрой не очень- то следил, сидел так, за компанию, от скуки. А с Тенгизом он сцепился из-за мандаринов, которые тот везет с собой.

- Вы долгое время находились в ресторане со Станиславом Ивановичем. О чем говорили?

- Это целая история. Станислав Иванович нашел у себя в купе зажигалку, вроде бы не свою, а этого... Рубина. Ну, закатил жене скандал, заподозрил, что, пока его не было. Рубин заходил к его жене. В ресторане только об этом и говорил. Обещал расправиться с ним, и жене своей угрожал, и всем на свете. Мне, знаете, даже надоедать стало, тем более что он солидно под градусом был, пива набрался, а пьяный человек, сами понимаете...

- Почему же вы не ушли, как Эрих, например?

- В том-то и дело. Он ведь попросил меня удержать Станислава Ивановича в ресторане как можно дольше.

- Кто, Эрих?

- Да.

- А чем он это объяснил?

- Сказал, что нехорошо получится, если Станислав Иванович в таком состоянии вернется в вагон. Начнет приставать к пассажирам, скандалить...

На короткий промежуток времени я перестаю слышать Кваскова. Все, что касается Янкунса, вдруг выстраивается в одну логическую цепь. Оказывается, в ресторан пошли не втроем, а сначала Квасков, а уж за ним Эрих с Жоховым. Следовательно, Эрих привел Станислава Ивановича, Эрих оставил - его на попечение Кваскова, Эрих попросил, чтобы тот задержал Жохова как можно дольше. Очень любопытно!

- Вы знали Рубина раньше?

- Вроде нет.

- А других пассажиров?

- Тоже.

- Станислав Иванович не показывал вам зажигалку, ту, что нашел у себя в купе?

- Нет, не показывал, но я видел ее во время игры. Она лежала на чемодане, и все прикуривали от нее.