Не подлежит сомнению, что рост, сила, чутье и красота, передаваемые чистокровным происхождением, — очень ценные качества охотничьей собаки.

Бесспорно и то, что питомники, выставки и полевые испытания охотничьих собак нужны и полезны, что охотиться с собакой-конопаткой, долго тыкающей носом в кочку, под которой сидит дупель, прежде чем она окончательно его найдет, — скучно и не веселит охотничью душу, что лучше охотиться с породистой собакой, нежели с дворнягой, имеющей овечью морду и хвост кренделем или крючком.

Все это верно. Но определение качеств хорошей собаки, всей цены собаки, — только ее происхождением, чутьем, поиском и дрессировкой, — слишком кратко и не захватывает самого главного значения охотничьей собаки: — близости и привязанности к охотнику, делающих ее верным другом хозяина и как бы членом его семьи.

Я видел у охотников-интеллигентов, безупречных полевых охотничьих собак, живших за глазами, — под наблюдением дрессировщиков и егерей.

Охотники брали собак три-четыре раза в год на охоты, вежливо обращались с ними и, по возвращении с охот, снова отдавали в распоряжение своим егерям, а затем, — не видали собак до следующего года. Они пользовались собаками, как пластинками граммофона: когда нужно, навернут пластинки на вал, сыграют «номер» и положат в ящик, — доследующего раза.

Этими служебными услугами, охотники ограничивали все свое отношение к собаке.

— Хорошо работает в поле… Что же еще нужно требовать от охотничьей собаки?…

Такие охотники, — прежние баричи, белоручки и спортсмены, с сильно развитой «игрецкой жилкой». Идейное содержание их охоты состоит только в том, чтобы поохотиться в своем, обществе, щегольнуть своей собакой, мастерски и много пострелять и других охотников обстрелять…