Раздумывая о том, что все это значит, я сообразила, что уже видела нечто подобное раньше, с другой моей собакой, одним из моих первых спрингер-спаниелей, Донной, или Герцогиней, как стали называть ее потом. Даже само имя указывает на то, что в Донне было что-то царственное. Когда она горделиво шествовала по дому, все должны были уступать ей дорогу. Помню случай, когда мама приехала навестить нас и села в любимое кресло Донны, которая лежала там, свернувшись клубком. Стоило маме опуститься на подушку, собака поднялась с возмущенным видом и столкнула маму, так что та очутилась на полу. Поднявшись, она попыталась снова усесться в кресло, и все повторилось. Донна снова ее вытолкнула. Тогда, конечно, мы решили, что это все очень забавно.

Наблюдая за Сашей и Сэнди, я поняла, что вижу сейчас нечто подобное. Я видела такое поведение и прежде, не понимая, что именно вижу. Теперь же все было так, словно я впервые стала свидетелем каких-то вещей. Мне было вполне понятно, что происходит: Сэнди и Донна пытались установить, кто здесь хозяин, что явно имело отношение к иерархическому статусу.

Следующее, что я заметила то, что мои собаки устраивали всякий раз, когда встречались. Если, скажем, я увозила Сашу к ветеринару на прививку, по возвращении она устраивала одно и то же представление. Тогда я не знала, как все это назвать, но теперь могу сказать: это было ритуализированное приветствие. Она подолгу облизывала морды остальным собакам, насторожив уши, — это происходило всегда.

Сначала это не имело для меня никакого смысла. В случае с Сашей я не понимала, отнести это поведение к кипучей энергии молодости или к тому, что она новичок в группе. А может быть, это просто привычка, которую она получила еще до приезда в наш дом? По счастливой случайности Саша вдохновляла меня не только своим поведением. Внешне она очень напоминала мне волка. Когда-то давно я читала книги о волках, но она заставила меня задуматься об этом всерьез.