Должна честно признаться, поведение Саши меня тревожило. Все это чем-то напоминало мне Парди, у которой тоже была привычка бежать впереди меня. Я уже начала бояться, как бы мне не упустить и эту собаку. К счастью, на сей раз мне удалось разобраться, что к чему. А найти первый ключ к разгадке опять помогли воспоминания о Донне. Я вспоминала, как она вела себя много лет назад, когда я растила своего малыша Шона. Стоило ему лечь на ковер, Донна сразу же ложилась рядом с ним и клала лапу ему на ногу. Если он сбрасывал с себя лапу, она возвращала ее на то же место. Было очевидно, что она охраняет его, выступает в роли защитницы. Теперь я поняла: точно так же, как Донна чувствовала тогда ответственность за младенца, Саша каким-то образом считает, что ее роль — присматривать за мной. Зачем бы еще ей так подчеркнуто заботиться обо мне, когда я вхожу в дом или принимаю гостей? К чему иначе прикладывать столько усилий, чтобы быть впереди меня на прогулках?

Теперь я вижу, сколько ошибок наделала из-за того, что рассуждала о собаках, как о людях. Как почти любой человек на этой планете, я считала, что мир вращается исключительно вокруг нас, а все прочие виды живых существ должны как-то подстраиваться под нас и вписываться в эту великую схему. Я всегда полагала, что раз я держу собак, значит, должна быть для них вожаком. Теперь же я впервые задала себе вопрос: а так ли это на самом деле? Мне стало интересно: действительно ли Саша старалась защищать меня и почему?

Информация, которую я получала от собак, была убедительной. Для меня же она была равносильна взрыву. Мне пришлось полностью пересмотреть свой взгляд на многие вещи. И вот тогда-то до меня постепенно начало доходить: «Стоп, а может быть, я неверно все оцениваю?