Первый опыт отравления никотином был приобретен значительно позже, в возрасте 10—11 лет. В этот период наша страна активно торговала с Кубой. В магазинах появился сахарный песок желтоватого цвета с легким запахом нефти, кубинский ром и сигары. Последние пленяли мальчишеское воображение своей экзотичностью. На Петроградской стороне в то время существовало два табакторга. Это были специализированные магазины, торгующие табачными изделиями. Один из них стал называться «Гавана», и продавали там преимущественно сигары. Каких только не было: сигары тоненькие, как сигареты, и сигары толстые, как сосиски, сигары в деревянных ящиках с изящными рисунками и позолотой, сигары в стеклянных пробирках и алюминиевых футлярах, сигары в фольге и деревянном пенале. Соблазн был слишком велик. Поэтому вполне понятно, что, накопив некоторую сумму денег, мы с приятелем купили пару сигар (размером побольше, ценой подешевле) и в субботний вечер устроили «загул». Лежа на куче песка на заднем дворе, мы курили и вели «светские беседы». Мы почти не затягивались, но все же через некоторое время почувствовали головокружение и «дурман» в голове. Домой пришли бледно-зелеными, нас шатало, и даже несколько раз вырвало. Вечер, да и весь следующий день были безнадежно испорчены.
Несмотря на неудачный эксперимент, через несколько месяцев я снова сделал попытку покурить. С тех пор мы с приятелем периодически выкуривали 1-2 сигареты, не ежедневно, а от случая к случаю. Потребность курить одному не возникала, но и отвращения к табачному дыму не было. В старших классах школы большинство мальчишек курило достаточно регулярно, следовательно, уже тогда появилась никотиновая зависимость. Я был среди большинства.