Он помолчал и рассеянно забарабанил пальцами по столу.

— Сюда приезжал Де Курвиль. Он лично осмотрел всех захваченных в Сохо и, самое главное, допросил своего агента, живущего там постоянно, — ничего! Как и следовало ожидать.

Начальник полиции покачал головой.

— На Даунинг-стрит невероятная суматоха. Никто не знает, что может случиться и чего нужно ждать.

Фальмут встал и взялся за шляпу.

— Веселое времечко, нечего сказать! Вы читали газеты?

Начальник полиции презрительно пожал плечами:

— Кто, скажите, верит тому, что пишут газеты?

— Я, — ответил сыщик. — Газеты обычно правильно отражают общественное мнение.

— А что говорит толпа, вы не имели случая слышать?

— Повторяет то, что написано в газетах.

В Скотленд-Ярде царили печаль и уныние, на Флит-стрит все было заполнено сенсацией. Новости покрывали целые столбцы газет, соперничавших между собой жирными шрифтами и кричащими заголовками, щеголяя иллюстрациями, диаграммами, цифрами и статистическими выкладками.

— Может быть, это мафия? — подбрасывала догадку «Комета» и всеми силами стремилась доказать, что так оно и есть.

«Вечернее слово» скромно предполагало, что речь идет о вендетте и сравнивало Четырех с «Корсиканскими братьями».

«Мегафон» раскопал подробнейшую историю Четырех, наполнив все свои страницы описанием их темных преступлений. Из пыли европейских и американских архивов он вытащил обстоятельные подробности каждого убийства, печатал портреты и биографии убитых.

Редакция утопала в сообщениях внештатных сотрудников. По поводу Четырех сюда сыпались горы анекдотов. Внезапно, словно по мановению волшебной палочки, все пишущие вдруг вспомнили, что всю жизнь близко знали страшную Четверку.

«Когда я был в Италии, — писал автор романа „Вернись“, — я слышал чрезвычайно интересную историю об этих Людях Крови…».