Губы мальчика сами собой раздвинулись в улыбке. До сих пор отец всячески избегал разговоров о сеттере, и это было страшнее всего. Наконец-то у него проснулся интерес к собакам! Глядишь, он и Виски поможет…

Нил с Эмили удобно уселись в машине. Сара, как всегда, опаздывала, но старшие дети проявили чудеса долготерпения.

— Пап, что нового? — осторожно поинтересовался Нил.

— Нашелся хозяин немецкой овчарки. Он был так счастлив, что сделал солидное пожертвование в фонд приюта. Он ездил в гости к своей сестре, выпустил пса из машины, чтобы тот погулял, а того и след простыл.

— А почему на ошейнике не было таблички с номером телефона? — спросила Эмили.

— Ты не поверишь, но люди подчас забывают о самых элементарных вещах.

— Хорошо, что пса забрали, — Нил скрестил руки на груди, — с ним было столько хлопот.

— Позвонил один из наших поставщиков, — продолжал Боб, — он узнал о пожаре и предложил бесплатно заменить всю сгоревшую солому, которую мы подстилаем собакам. — Боб удивленно пожал плечами. — Это так трогательно, вы не находите?

— Пап, ведь ты не станешь продавать, правда? — ни с того, ни с сего брякнула Эмили.

Нил затаил дыхание. «Ох, не надо бы пока об этом», — подумал он.

Боб помолчал, повертел в руках ключи:

— Не знаю. Нужно хорошенько подумать. Все будет зависеть от того, что скажут люди из страховой компании.

— Но послушай…

— А вот и Нюня! — радостно воскликнул Нил. «Как хорошо, что можно сменить тему» — подумал он. Нужно предупредить Эмили, чтобы не наседала на отца, пусть сам спокойно все решит.

— Я написала о пожаре в своем дневнике! — гордо заявила Сара, вскарабкиваясь на сиденье. — И все меня просили рассказать об этом, вот!

Узнав, куда они едут, Сара совсем зашлась от восторга и не угомонилась до самой клиники.

Нила ждало разочарование: вопреки надеждам, Рэд все еще находился в блоке интенсивной терапии. Мальчик было размечтался, что сеттер выбежит им навстречу, живой и здоровый. По крайней мере, капельницы больше не было, и пес не спал. Завидев Паркеров, он приподнял голову и залаял. Лай получился еле слышный, но все же он их поприветствовал.