Мишень достигла точки, заданной компьютером, и остановилась. Лютер вытащил из кобуры револьвер и приготовился.
Он сделал два быстрых выстрела от пояса, затем, вытянув руку на уровень плеча, перебросил револьвер в левую руку и выстрелил еще дважды.
Стил держал револьвер в левой руке и ждал, когда подъедет мишень. С тех пор, как он получил задание внедриться в группу «Патриотов» и вступить в контакт с Дэвидом Холденом, лидером группы «Патриотов» в районе Метроу, он, наконец, кое-чего добился. Директор ФБР Рудольф Серилья был к нему очень внимателен. Однажды он провел с семьей трехдневный уик-энд в Висконсине. Затем они съездили в Детройт, чтобы освободить его от расследования дела о похищении, которым он занимался до получения специального задания от директора ФБР.
В Детройте он поссорился с другим темнокожим агентом, с которым раньше был дружен. Тот пошутил: «Какое бы задание ни поручил тебе директор, если ты с ним хорошо справишься, тебе дадут возможность повидаться с детьми, когда они окончат колледж». Лютер Стил не посчитал это высказывание остроумным.
Когда мишень остановилась, он перезарядил барабан револьвера. Шесть отверстий располагались на двух восходящих параллельных линиях от верхней части руки до правого плеча мишени. Пули легли достаточно кучно.
Ежедневно, если позволяло время, Лютер Стил делал в тире минимум двенадцать выстрелов. Каждый вечер он проверял работу обоих стволов и хотя бы раз в неделю чистил их.
Вероятно, из-за жены и детей, да и не только из-за них, ему совсем не нравилась перспектива стать жертвой уличной перестрелки. Существовала организация ФОСА. Существовала организация, в которую он пытался внедриться, – «Патриоты». Преступность круто полезла вверх. Ежедневные акты насилия и террора уже почти никого не удивляли. За всю свою историю Америка такого еще не видела.
Лютер снял наушники, вложил револьвер в плечевую кобуру и пошел к лестнице, ведущей из подвала наверх. В его прямое подчинение была придана группа для выполнения задания, но никто из них не знал истинного замысла руководства. Только один, может быть, подозревал.