Итак, доказано, что если здоровая клетка организма подвергается мутации, то она становится раковой клеткой. Но что это означает на практике? Обратимся к курсу биологии.

«Средняя частота мутирования сопоставима у широкого круга живых существ (от бактерии до человека) и не зависит от уровня и типа морфофизической организации» (проф. В. Н. Ярыгин «Био­логия», 1985).

«Тело большинства млекопитающих состоит из 1012 – 1013 генотипически идентичных друг другу клеток. Естественно, что каждая из них подвержена мутационному риску. Частота мутаций такова, что примерно одна из миллиона клеток мутирует и становится генетически отличной от ис­ходной. Следовательно в организме человека в каждый момент времени должно быть около 10 млн изменившихся клеток» (акад. Р. В. Петров, «Иммунология», 1987).

Итак, в каждый момент времени, в нашем организме существует 10 млн. мутированных, опухолерод-ных клеток! И этого избежать нельзя, причем это касается всех млекопитающих. Каждая из этих мутирован­ных клеток способна дать начало опухоли. И не надо думать, что это плохо, совсем нет, это тот механизм, который совершенствует все живое.

Мутация – это именно то, что позволило в ходе эволюции максимально приспосабливаться представи­телям животного и растительного мира к условиям обитания. Мутации – это механизм адаптации к окру­жающей среде, механизм совершенствования биологических видов.

Но, не смотря на то, что мутации бывают полезные, проф. В. Н. Ярыгин примерно оценивает количество полезных мутаций как одна на миллион вредных. Таким образом величина полезных мутаций настолько мала, что в дальнейшем ими в наших расчетах можно пренебречь и считать, что все мутировавшие клетки являются вредными, т.е. опухолеродными.