«Они всё ещё здесь… Или уже здесь? Сколько же их собралось? Неужели начнут стрелять?..»

Внезапно раздался громкий и резкий голос, потребовавший сложить оружие.

«Кто это? Откуда?..» – Борис не сразу понял, что голос нёсся из громкоговорителя, закреплённого на бронемашине.

В следующее мгновение бойко застучал пулемёт, и с улицы в здание метнулись перепуганные люди, до этого наблюдавшие за приближением БМП. Мешая друг другу, они проталкивались сквозь двери, но не могли все сразу прорваться в здание, началась паника, давка. Едва оказавшись внутри, люди бросались на пол, прячась от жужжавших пуль и закрывая голову руками. Бронемашины неторопливо катили к Белому дому, за ними вырисовывались в синьке выхлопных газов фигуры в кожаных куртках и с автоматами.

За спиной Бориса кто-то тихонько запричитал. Он оглянулся и увидел на лестничной клетке нескольких человек. Они осторожно, крадучись, сходили вниз, и на их бледных осунувшихся лицах был написан беспредельный страх.

– Вы куда?.. – начал было Борис, но осёкся, заметив слабый жест утомлённой женской руки.

Стук каблуков и шарканье подошв гулко отдавались в подъезде. Кто-то кашлял. Издали доносилось чьё-то громкое дыхание. Кое-где пыльная утренняя мгла, мутно заполнявшая пространство всего этажа, была прорезана косыми лучами раннего солнца, на высвеченных кусках пола белыми пятнами сияли листы разбросанной бумаги. У входной двери застыл небритый молодой парень с автоматом в руках. Он с неохотой посторонился, освобождая путь группе испуганных людей.

– Решились всё же свалить? – глухо спросил он, едва шевельнув пересохшими губами.

Они не ответили и гуськом, робко подталкивая друг друга в спину, выбрались наружу. Подняв руки вверх, засеменили прочь от здания.