Фёдоров с сожалением вспомнил цифровую технику, которой он овладел в той жизни. Тогда ничего не стоило спрятать видеокамеру в пуговицу, а цифровой диктофон-авторучку – в нагрудный карман рубашки. Сейчас ничего такого не существовалоло, пока ещё не было. Конечно будет, но надо-то здесь и сейчас…

После Варшавы тучи понемногу рассеялись. За окном мелькали ухоженные, зреющие поля. Такие же, только попестрей – поменьше, можно наблюдать в ФРГ, Бельгии, Голландии… В общем – по всей Европе. „А ведь сельское хозяйство у них, на Западе – всюду дотационное! Дотационное, несмотря на климат, куда более мягкий, чем в России. Тогда как мы – сплошь находимся в «зоне рискованного земледелия»!“ – подумалось Фёдорову,– „И в то время, как у них в каждый гектар ежегодно вкладывают сотни марок ежегодно, наше, советское, колхозно-совхозное сельское хозяйство – рентабельно, приносит доход!“

Глядя на мелькавшие за окном поля – то хлебное, то кукурузное – Фёдоров невольно вспоминал, как нагло и подло в той, преодолённой реальности, в эпоху Горбачёва, вели промывку мозгов почти что трёхсотмиллионному населению страны. Как врали о якобы низкой продуктивности советского села и тут же – об избытке тракторов в СССР. Как при всей этой лжи скрывали тотально дотационный характер западного сельхозпроизводства и прибыльность советского, скрывали факты о насыщенности села тракторами в разных странах. Не только на Западе, но даже здесь – в Польше, по которой сейчас шёл поезд, насыщенность тракторами была в полтора десятка раз выше, чем в СССР! А ведь, несмотря на несравненно более выгодные природно-климатические условия, нагрузка на 1 трактор в Италии составляла в 1986 году 6 га, в ФРГ – 8 га, в РСФСР – 70! И что же? Наглая пропаганда сыграла свою роль: население безмолвствовало, когда шла деиндустриализация, когда пустели (не засевались) поля, но при этом нагрузка на один трактор возросла сначала – вдвое, потом – втрое…