–        Не волнуйтесь. Ничего страшного! Поедем прямо сейчас! – успокаивающе произнёс Фёдоров, слегка улыбнувшись и положив левую руку на колено резидента.

Сделал он это с такой уверенностью, с таким спокойствием, тоном старого умудрённого человека (они были с резидентом, скорее всего, ровесниками), что резидент не без удивления бросил пристальный взгляд на слегка осунувшееся с дороги, но чисто выбритое и спокойное лицо „историка“. Но каково же было удивление, когда „историк Вёрстер“ изложил резиденту свой план. Ответ на возникшее затруднение, ответ в виде готового плана, возник в голове Фёдорова мгновенно, едва лишь резидент сообщил о возникшем затруднении. Всё это было результатом того „мысленного проигрывания ситуации“, которым Фёдоров занимался почти всю дорогу сюда. Нет, конечно, именно такой ситуации он не предвидел. Зато „проиграл“ все возможные варианты действий, как для случая появления в Шпандау посторонних, так и при возможном переносе операции на более ранний срок. В общем, хотевший было сообщить „историку Вёрстеру“ причины затруднительности переноса операции на сегодня, резидент уже слышал от „прибывшего из Москвы разведчика“ способы их преодоления.

–        Да, недаром шеф предупредил меня о том, что вы очень опытный и находчивый разведчик! – только и смог он произнести.

„Какой разведчик? О чём это он? Хотя, в интересах дела Шебуршин, вероятно счёл нужным… Консультант из будущего – вот это было бы куда точнее“, – подумал Фёдоров, но заговорил совсем о другом.

–        Аппаратура при вас? – спросил Фёдоров.

–        Да, конечно, всё здесь, в машине, Петер!

Не знаю, нужно ли пояснять, что резидент не знал ни имени, ни должности Фёдорова, как и тот, в свою очередь, знал о резиденте лишь то, что тот – личный резидент Шебуршина.