Мужчина за столом опустил голову, погрузившись в какие-то свои раздумья. Стоявший перед ним человечек неловко переступил с ноги на ногу.
Третий из присутствовавших в комнате — среднего возраста, с высоким, изборожденным морщинами лбом, хищным носом и холодными серо-голубыми глазами с циничным прищуром — полулежал в мягком кресле.
— Он все еще на Бейкер-стрит? — поинтересовался этот третий.
Стоявший перед столом перевел взгляд с того, кто задал вопрос, на того, кто сидел за столом.
Мужчина за столом медленно поднял голову и посмотрел сначала влево, потом вправо, поворачиваясь так, как это делает игуана.
— Полагаю, Моран, об этом следует спрашивать мне. — Говорил он негромко, но властно. — Вы хорошо поработали в мое отсутствие, если не считать пары промахов вроде этого неловкого дела с Адэром, но я буду признателен, если вы возьмете на заметку, что теперь всем командую я.
Моран хмыкнул.
— Мистер Холмс все еще в доме на Бейкер-стрит? — продолжал профессор. — Эмбер?
— Уехал в Кенсингтон, к своему другу Уотсону.
Моран снова хмыкнул, уже не скрывая раздражения.
— А, доктор. — Профессор позволил себе легкую улыбку. — Это значит…
— Это значит, что он сунет нос в дело Адэра, — резко бросил полковник. — Уотсон им уже интересуется.
— Вы мне уже говорили, Моран. Связываться с Адэром было глупо. Теперь, когда делом занялись Холмс и Уотсон, нам придется принять меры, без которых на данной стадии я предпочел бы обойтись. А работы у меня много: бизнес во Франции, общее продвижение анархии во всем мире, не говоря уже о решении рутинных вопросов здесь. Вы видели, сколько народу собралось внизу. И все хотят видеть меня, все чего-то ждут. — Он поднял правую руку, повелительным жестом указав на дверь. — Оставь нас, Эмбер.