Мы снова чувствуем себя прежними робинзонами в счастливой Стране Охоты - по-отрочески волнуемся от каждого удачного выстрела, долго и радостно отдыхаем на привале у костра, никак не можем налюбоваться осенней лесной красотой.

И когда в сумерки выходим к железнодорожной станции, у нас обоих такое ощущение, будто к нам возвратилась молодость: охотничий день отзывается в нас не усталостью и утомлением, а бодростью, свежестью и силой. В наших сумках лежат рядом с вальдшнепами букеты кленовых и дубовых листьев и сухих крупных папоротников. Записная книжка моего спутника с каждой охотой обогащается каким-нибудь новым наблюдением.

А по приезде домой я весь вечер провожу над старыми охотничьими журналами, над памятным альбомом с рисунками Левитана, опять и опять вспоминаю свои детские и юношеские дни.

От этих дней на всю жизнь остался в памяти запах апрельской свежести и первых ландышей, цветущей липы и вялого осеннего леса.

В лесах есть потаенные и прозрачные родники, из которых пьют звери, птицы и охотники. Вода в них даже в летний жар свежа и прохладна, будто на дне лежит ледяной кристалл. И все то пахучее и молодое, что соединено в памяти с охотой, насквозь пронизано такой же свежестью, душевной и физической бодростью. Так охота становится источником здоровья, родником сказочной живой воды, возвращающей детскую радость чувств.

ОХОТА НА ЗАЙЦА

Несколько биологических замечаний. Зайцы, населяющие просторы нашей Родины чуть ли не от края до края, делятся на четыре основных вида: беляк, русак, толай и маньчжурский заяц. Кроме того, встречается еще гибрид - так называемый тумак (помесь русака с беляком). Иногда он больше похож на русака, иногда на беляка; обычно у него преобладают все же признаки беляка. Обитает тумак по преимуществу в лесу.

Маньчжурский заяц, населяющий приморские леса Дальнего Востока, несколько напоминает кролика.