- Ja, вы, евреи, проклинаете любого родившегося и неродившегося немца за то, что они не дали вам завоевать господства в мире.

- Только мы, оберет? А сами немцы?

Эти двое смотрели друг на друга, как если бы хотели уничтожить собеседника силой взгляда. Но ни один из них не был готов к прозвучавшим словам Виттенберга.

- Вас загоняли в газовые камеры, словно овец. Почему вы не сопротивлялись?

- Свинья! - прорычал Бернштейн, приподнимаясь. Но Марк Аллен удержал его.

Не замечая предупреждения, загоревшегося на лице Бернштейна, немецкий летчик торопливо заговорил, как будто освобождаясь от долго копившихся мыслей.

- Без Адольфа Гитлера не было бы Израиля. Он повернул мировое мнение в вашу пользу, Juden. Создал возможность для образования государства Израиль как "острова спасения" для евреев Европы. Без него вы все еще скитались бы по пустыне.

- Ja, oberst, но вы погубили шесть миллионов моих соплеменников.

- Достаточно! - фыркнул Фудзита и обратился к охраннику: - Матрос Исимина, этого офицера в карцер. - Матрос грубо толкнул немецкого полковника к двери.

- Erzahle ihm nichts, Guenther! - закричал Виттенберг, когда за ним закрылась дверь.

Фудзита посмотрел на Брента Росса.

- Он приказал ему ничего вам не говорить, - перевел Брент.

Все присутствовавшие поняли восточную тактику: сосредоточиться на молодом напуганном стрелке, поскольку летчика заставить говорить было трудно.

- Смирно! - резко прозвучал голос Фудзиты. Юноша вытянулся, у него задвигались скулы. - Имя?

- Лейтенант Гюнтер Мюллер, - почти без акцента тихо ответил немец.

- Подразделение?

- Elfter Jagerstaffel, Dritter Geschwader.

- По-английски! - В голосе Фудзиты звучало раздражение.

- Одиннадцатая истребительная эскадрилья, Третья авиагруппа, адмирал.

- У Каддафи так много немцев, что вы можете использовать старую немецкую технику?