- В чем дело? - Вав остановилась от моего возгласа, а теперь повернулась.

- Кто-то идет за нами, - сказал я. - Видите?

- Боюсь, что я ничего не вижу, - ответила она. - Я думала, вы догадались. Я слепая.

- Ох ты, черт!

- Ничего. Это часть моего дара, - ответила она, не правильно меня поняв.

"Из огня да в полымя", - подумал я, хватая ее за руку и увлекая за собой по переулку.

- Быстрее, - сказала она. - Торопитесь, Вильям.

Фигура догоняла нас пугающе быстро. И вдруг я узнал, что значит, когда кровь холодеет в жилах, потому что я оказался лицом к лицу - если можно это так назвать - с мерзкой горгульей. Настолько мерзкой, что едва можно было Смотреть. Теперь я понял, что в ней привлекло мое внимание: я увидел, как она шевелится. Проблема в том, что я тогда не мог в это поверить. Теперь не оставалось выбора. Она была живая и гналась за нами.

- Это горгулья, - сумел я выдавить из себя. - Вав, если ты себе представляешь, что вообще происходит, самое время мне сказать. - Тут до меня дошло, что Таззман меня застрелил, и это на самом деле... Ад?

- Вав, скажи мне, что я не мертв.

- Это хуже, чем то, во что мне пришлось поверить, - сказала она скорее себе, чем мне. Какую тайну видели ее слепые бронзовые глаза? - Поверьте мне, Вильям, вы не мертвы.

Не успела Вав это сказать, как горгулья бросилась на нас с такой скоростью, что я только успел уклониться с ее пути. Жуткая когтистая рука пронеслась у меня перед глазами и ударила Вав с такой силой, что ее вырвало из моих рук и она подпрыгнула как мяч, ударившись о мостовую. Потом, к моему удивлению, горгулья метнулась назад, будто учуяв что-то, что я не видел и не слышал. Я как дурак повернулся к ней спиной и нагнулся к Вав.

- Вильям, вы здесь?

- Вы же знаете, что да. - Повсюду была кровь, горячая и густая. - Я вызову "скорую".

- Поздно. Вы должны пойти на выставку, - шепнула она. - Это жизненно важно.