Обстрел. Наш закрытый грузовик-фургон без окон остановился под мостом в транспортной пробке. Мы ехали вечером в лагерь на ночевку. Внезапно снаружи раздался выстрел из автомата, и по фургону сверху забарабанил град осколков. Ощущение, конечно, было не из приятных: такую "жестянку" вместе с головой автоматная пуля пробьет запросто. Позже Сережа Романов, который ехал в кабине, расскажет со смехом следующее. Под мостом сгрудились машины вследствие чьей-то, или общей "невежливости". Кто-то стремился влезть первым и организовал затор. Разъяренный офицер-танкист с автоматом бросился к нарушителю, и в сердцах выстрелил в воздух. Пуля попала в перекрытие моста и выбила град осколков, которые и ударили по нашему фургону. После этого все водители вдруг стали вежливо-предупредительными, пробка под мостом мгновенно рассосалась, и машины благополучно разъехались... Иногда надо и выстрелить в воздух, чтобы человек быстро понял приказ...

Магазин. Магазин был открыт, и в нем никого не было. Входи по битому стеклу, и бери, что надо. Это никем и никак не возбранялось. Правда, в нем остались на тележках-клетках и прилавках только крупные стеклянные банки с консервированными овощами. Кое-что мы взяли для себя на обед, но немного. Такой "коммунизм" в этом городе мы наблюдали не раз. Продукты с автомашин раздавали свободно и совершенно бесплатно. Например, соленую и мороженую рыбу бросали прямо в толпу: люди хватали крупную рыбу на лету. Гуманитарная помощь! В столовых кормили бесплатно. Такого рода материальные потери были настолько невелики по сравнению с общим горем и разрушениями, что с ними никто не считался. На них никто не обращал внимания... Это было правильно. Неправильным "это" было тогда, когда на "этом" кто-то "грел руки"...