- Боюсь я этого растущего интереса к оккультному, - мрачно промолвил викарий, - вот итог нынешнего безверия и греховного любопытства.
- Греховного? - откликнулся Морнингтон. - Вы думаете, оно всегда греховно? А как же тогда Нов?
- Иов? - переспросил архидиакон.
- Ну, мне всегда казалось, что Нов превосходит своих трех друзей как раз любопытством. Почему это все несчастья сыплются именно на его голову? Друзья просто смирились, а он возьми да спроси: что это Ты, Господи, делаешь и почему?
Викарий покачал головой.
- И услышал, что ему это не по разуму.
- Ему не просто ответили, над ним еще и посмеялись, - возразил Морнингтон, - а это, согласитесь, не одно и то же. Все-таки когда человеку, потерявшему все средства, дом, семью, покрытому язвами и сидящему на куче мусора, говорят: "Посмотри на бегемота" <Иов 40:10: "Вот бегемот, которого Я создал, как и тебя...">, здесь чего-то не хватает.
- Иову хватило, - мягко возразил архидиакон.
- Да уж, другого такого дурака поискать, - согласился Морнингтон, вставая. - Мы ведь еще увидимся до вашего отъезда в... Кастра Парвулорум? уточнил он. - Какое занятное название.
- Жаль, что немногие им пользуются, - вздохнул архидиакон. - Во всех путеводителях это место именуется "Фардль". Жители тоже привыкли к этому названию. Что поделаешь, закон Гримма.
- Закон? - удивился Морнингтон. - Имени того сказочника, который писал для parvuli
И почему ему подчиняются?
- Он еще и языками занимался, - пояснил архидиакон. - Знаете, законы индо-европейских звуков... "Кастра" куда-то запропастилось со временем, а в "парвулорум" "ф" заменило "п", на место "в" встало "д". Гримм это открыл. Но я-то стараюсь пользоваться прежним названием. Говорят, Цезарь нарек это местечко после того, как его солдаты отобрали детей у бриттов, а он вернул их родителям.