По окончании гонок я подплывал к нему, гладил по голове, приговаривая — «Молодец, ты победил! А теперь покатай меня!». Он, удовлетворенно хрюкнув, делал крутой разворот и подставлял мне свой массивный загривок. Я же, руками обхватив его за шею, расслабившись «балдел «, увлекаемый пыхтящим и сопящим черным локомотивом, мерно перемалывающим своими могучими лапами прозрачную массу воды.

Любовь к морю и не боязнь штормовой погоды служили хорошим основанием для подготовки ризена к плаваниям под парусом.

Начали мы с обычной прогулочной лодки-двойки на ближайшей водной станции. Предварительно договорившись со служащими, я выбрал для начала обучения тихое раннее утро, когда на водной станции практически не бывает отдыхающих.

С одной стороны, мне крайнее любопытно было посмотреть, как мой пес воспримет лодку, а с другой — это был весьма ответственный момент, от которого во многом зависело, воспримет ли он в последующем яхту.

На водной станции пес сразу же попытался рвануть в воду, но строгий ошейник охладил его пыл. Он удивленно посмотрел на меня, не понимая, почему это вдруг я не разрешаю ему поплескаться в его любимом море. — Нет брат, сегодня мы пойдем в море на лодке — , сказал я, отвечая на его вопросительный взгляд. Он вздернул уши в крайнем любопытстве. По узким деревянным мосткам мы подошли к лодке, кормой ошвартованной к причалу. Чтобы дать ему немного освоиться, я скомандовал — Сидеть! — и убедившись, что команда выполнена тихо подал команду — Вперед! — Стремительным прыжком, точно рассчитав место своего приземления, он махнул в лодку. Воспринимая удар от прыжка, лодка заходила ходуном. Пес широко и прочно упёрся лапами в дно лодки и, уверенно балансируя, призывным лаем стал звать меня к себе.