– Тут я с тобой полностью согласен. Но Санни Джой, я уверен, теперь сумеет наставить их на правильный путь.

– Уж если корейцы стали есть кукурузу, то нет ничего удивительного в том, что они стали употреблять алкоголь. Нельзя лечить только симптомы болезни, следует искоренить ее причину! А она заключается в том, что они тоскуют по родине.

– У тебя ничего не выйдет, Чиун, забудь об этом.

Лицо корейца посуровело. Мастер Синанджу натянул поводья, заставив лошадку отступить назад, и громко произнес:

– Завтра утром я уезжаю.

– Понятно.

– С тобой или без тебя.

– Я еще не решил, как мне теперь жить, – задумчиво отозвался Римо.

– Ты поступишь так, как должен поступить.

– Можешь не сомневаться.

– Надо продолжить выбранный тобой раз и навсегда путь. Ты – ассасин Синанджу!

– Я больше не хочу быть ассасином. Время убийств кончилось. Теперь я мирный человек.

– Так и сказать Смиту?

– Так и скажи.

– А сказать ему о твоей удаче?

По лицу Римо пробежала легкая тень.

– Необязательно, – откликнулся он.

– Ну да, если он узнает, то, пожалуй, прикажет мне сделать что-нибудь такое, чего бы мне делать не хотелось.

– Когда доберешься до места назначения, дай мне знать, где ты, ладно?

– Договорились. Среди всех белых людей Смит выбрал для обучения Синанджу именно тебя, потому что ты был подкидышем. Теперь же, когда объявился твой родной отец, Император может счесть это серьезной угрозой для своей организации.

– Думаешь, Смит захочет убрать Санни Джоя?

– Не стоит называть его так фамильярно. Зови его «аппа», что по-корейски означает «отец».

– Я знаю его всего несколько недель и пока еще не могу заставить себя так к нему обращаться. «Санни Джой» мне больше нравится.

– Это не по-корейски и очень неуважительно по отношению к отцу.

– Но во мне больше индейской крови племени Сан Он Джо, чем корейской, помнишь? Ладно, вернемся к Смиту. Если ты просто-напросто меня шантажируешь, чтобы я поехал вместе с тобой, то напрасно. Я покончил с прошлым и не хочу больше быть ассасином.