Но я и в воротах остался безмерно честолюбивым. Синдром Рокки? Мне было ясно: я – бедняк. Аттестат зрелости мне не светит. Учеба в университете тем более. Но тем, кто может учиться, тем я докажу, что и я не прост.

Я никогда не был завистником. Просто мне не нравится, что каждому от рождения определено место либо под солнцем, либо под проливным дождем. Конечно, дети не выбирают родителей, поэтому завидовать им глупо. Смотреть вперед – вот что мудро. Я должен был завоевать все для себя трудом, причем тяжким потому, что не был наделен особыми талантами. Однако борец добивается в конечном счете большего в жизни, нежели обласканный природою талант. Я убежден в этом твердо. Изначальный гандикап, фора, которую ты дал другим, подгоняет, а потом и становится лестницей, по которой ты забираешься на самый верх. Взять Барбару Стрейзанд,

В 15 лет я тренировался уже 4 раза в неделю: по два с молодежной и со взрослой командами. Я жил как монах. Футбол не оставлял времени на девушек. У меня не было мопеда, а что касается дискотек, то я знал лишь, каковы они снаружи. Футбол стал содержанием жизни. В голове у меня было одно: мои мечты занимали кумиры – голкиперы-звезды 50-х годов Тони Турек и Фриц Геркенрат.

Каждое воскресенье моя игра в воротах вызывала похвалу и удивление. Это на целую неделю наполняло меня чувством гордости и собственного достоинства. И забывались теснота, бедность моего квартала. «Ты видел, как стоял Харальд? – казалось, шептались все вокруг. – Это же сын Хельги и Манфреда. Из парня выйдет толк». Будто вода лилась на мельницу моих честолюбивых желаний.

Социальное самоутверждение через спорт – именно это произошло со мной. И я проводил параллели с судьбами других социальных аутсайдеров. Разве большинство прыгунов и спринтеров, побеждающих на олимпийских играх, не негры? Мне по сей день не ясно, почему это не все чернокожие стали чемпионами мира? В начале 80-х годов у нас в «Кельне» играл молодой негр. Звали его Тони Баффуа, было ему 18 лет, он выступал за молодежную команду «А» и очень хотел стать профессионалом. Однако играл нестабильно, легко терялся и падал духом. И этим в конце концов разозлил меня.