— Вечером я поговорю с папой, — сказал Нил. — Может быть, он что-нибудь придумает. Я вижу, что и ему Билли очень нравится.

— А если никто его не возьмет, мы оставим его у себя, правда? — с надеждой спросила Сара и вытерла шею рукавом шерстяного свитера.

Нил поджал губы. Знать бы, что делать! Тогда Билли был бы спасен. Мальчик готов был пойти на что угодно, лишь бы Билли остался на Королевской улице.

Сахарок и Перчик еще не появились, а Нил уже знал, что они где-то поблизости. Их визгливый лай доносился с улицы.

— Узнаю эти голоса, — мрачно произнес Нил.

Он отложил тетрадь Люси.

— История подождет. Прибыли возмутители спокойствия.

Смотревшая телевизор Эмили тут же соскользнула с кресла и вместе с Сарой скрылась наверху. «Предательницы, бросили меня», — подумал Нил. Теперь ему придется встречать вновь прибывших жильцов и их хозяев одному.

Когда Нил вышел из дома, миссис Джепсон уже стояла на гравиевой дорожке. Розовое платье раздувалось вокруг ее необъятной фигуры. В руке она держала два поводка — один розовый, другой голубой, — усыпанные стеклярусом, который сверкал на солнце, словно драгоценные камни. К поводкам были пристегнуты две маленькие пушистые, начесанные бестии — Сахарок и Перчик. На первом был повязан огромный розовый бант, на втором — голубой.

Подобного зрелища Нил в жизни не видел. Нелепо наряженные собаки отказывались сидеть тихо и рвались с поводков. Нил поморщился, когда Перчик поднял ногу возле колеса машины мистера Джепсона. А Сахарок, изловчившись, вцепился в ногу хозяина. Миссис попыталась успокоить проказников, но ее увещевания не подействовали. Нил был готов на все, лишь бы не возиться с этими несносными шавками все выходные.

— Спасибо, что вы согласились приглядеть за моими малышами, — заворковала миссис Джепсон. — Им здесь так нравится! Правда, Норман?