— Должно быть, браконьер пытался его вызволить, — отозвался Крис, методично отсекая колючие ветки. — Вероятно, тогда же и перчатку потерял. Не забывай, какая темень стояла. Наверное, он слишком крупный, вот и не смог пробраться. Послушай, так это пес тогда выл! А ведь браконьер может с минуты на минуту вернуться за собакой!

— Успокойся, Крис, он не вернется. Ему на собаку наплевать. Не скули, песик, осталось совсем чуть-чуть.

— Готово! — радостно воскликнул Крис. — Все, псина, ты свободен. — Он хотел было погладить недавнего пленника. Послышалось рычание, щелканье зубов, и Крис с воплем отдернул руку.

— Ой! Зачем ты это сделал?

— Покажи! — сказал Нил. — Прокусил до крови?

— Да, но не глубоко, — Крис сморщился от боли.

— Знаешь, как саднит!

— Он был напуган, а ты полез к нему ни с того ни с сего. Он ведь не знал, что ты ему друг.

— Вот сам его и жалей. И что нам теперь с ним делать?

— Так, посмотрим. На нем ошейник, но без регистрационного номера, — Нил достал из кармана поводок Сэма. — Ну что, малыш, сам идти сможешь, или тебя придется нести на руках? И что у тебя с лапой?

— Нил, — прошептал Крис, — мне кажется, я слышал какой-то звук. Какое-то шуршание оттуда, из-за изгороди. Давай уносить ноги.

Нил прислушался. Крис был прав. Шуршание, потом тишина. Звук шагов. Хруст сломанной ветки. Слабый запах сигареты. Крошка замер, Сэм угрожающе заворчал.

— Нил, пора убираться отсюда. Давай же!

— Погоди, — казалось, Нил не замечает, как Крис переминается с ноги на ногу. Он ласково погладил пса, пробежал пальцами по больной лапе и вытащил из подушечки колючку. Увы, лапа была сильно поранена, и пес все равно не мог идти сам. Тогда Нил снял с себя куртку — ей тоже изрядно досталось от колючек — завернул в нее пса и осторожно взял его на руки.

— Вот теперь можно идти!