— Пойдем быстрее! Интересно, что он нашел на этот раз?

Крошка отыскался у густых зарослей ежевики. Он с яростным лаем кидался на них, но острые шипы всякий раз вынуждали его отступать.

— Что там, Крошка?

— Он явно что-то нашел!

На ветке, зацепившись за колючки, висела синяя стеганая рукавица, разорванная с внутренней стороны, и Крошка вел неравную борьбу с кустом, пытаясь ее оторвать. Наконец его усилия увенчались успехом.

— Отдай, Крошка! — приказал Нил. — Вот умница. Наверное, это…

— Тише! — перебил его Крис. — Послушай!

Из глубины колючего кустарника доносилось жалобное поскуливание. Нил тут же бросился на помощь. Закрывая лицо руками, наступая на ветки, чтобы не разорвать одежду в клочья, он медленно продвигался вперед. От рваной рукавицы было не слишком много толка. Крис шел вслед за ним по образовавшемуся проходу. Острые шипы пребольно впивались в тело, а Нил старался успокоить несчастную собаку.

— Не бойся — ой! — все в порядке, мы уже идем. Ничего плохого — ох! — мы тебе не сделаем. Все — ой-ой! — хорошо, успокойся. Вот так, осторожно.

Небольшой, черный с подпалинами пес лежал в самой глубине куста. Он давно обессилел и оставил всякие попытки высвободиться. На шерсти, на колючках запеклась кровь.

— Бедняга! — воскликнул Крис.

— Не исключено, что все не так плохо, как кажется на первый взгляд, — отозвался Нил. — Наверное, он тут что-то искал, запутался, испугался, стал вырываться и запутался еще больше. Лучше всего обрубить ветки. Перочинный нож при тебе?

Крис молча полез в задний карман брюк.

— Займись ветками, а я подержу пса.

— Думаешь, это собака браконьера?

— Скорее всего, да, — в карих глазах пса читалась такая мука, что у Нила сжалось сердце. — Не понимаю, как можно бросить собаку в таком состоянии! Тихо, малыш, тихо. Бросить, и спокойно уйти!