И по секрету: даже сегодня, через добрых тридцать лет, когда я слышу, как разбивается стекло, мне с трудом удается удержать себя на месте…

Самым большим праздником для меня и моих сверстников были матчи с участием бакинского «Динамо». Конечно, просить деньги на футбол у родителей никто из нас не смел. В лучшем случае можно было заработать продолжительную нотацию. Впрочем, в деньгах не было особой нужды. Мы отлично знали «слабые» места уютного динамовского стадиона, расположенного на берегу Каспия, в самом центре города.

С верхушки стены, в которую упирался последний ряд невысоких трибун, можно одним взглядом окинуть жесткое песчаное поле. По нему, вздымаемые свирепым северным ветром «хазри», гуляют густые облака пыли, скрывая нередко не только мяч, но и целые группы футболистов. Но мы ничего не замечали. Нас увлекала игра, и мы истошно орали: «Ма-а-ази-ла!», или «Г-о-ол!» (тогда еще никому незнаком был «хоккейный» вариант — «шайбу!»), или «Судью — на мы-ыло!..»

А после матча, когда народ растекался со стадиона, мы тесной стайкой шли по набережной, через Приморский бульвар, домой, и наши звонкие ребячьи голоса далеко разносились в сгустившемся вечернем воздухе…

В один из теплых сентябрьских дней 1943 года мой друг — юный спартаковец Ариф Садыхов — привел меня в детскую футбольную команду «Спартака». Началась моя футбольная карьера.

…После шести месяцев напряженных тренировок я принял участие в играх на первенство Баку. На первый матч с футболистами «Буревестника» в полном составе явился и весь наш класс, и весь наш двор. Друзья изо всех сил подбадривали меня.

— Тофик, давай!