
В играх я очень рано начал забивать голы. Но не потому, что, переборов себя, ринулся в силовую борьбу с защитниками. Нет, мне это никогда не нравилось. Тренер не ограничивал нас жесткими игровыми установками и позволял свободно фантазировать. Но все-таки помню, что Александр Васильевич Леонидов советовал нашим защитникам и полузащитникам почаще давать мне длинные передачи за спины соперников. Я такие передачи очень любил. Получив мяч, я легко набирал скорость, убегал от противников, выходил один на один с вратарем и забивал голы.
…Каждое лето футбольная школа выезжала на один месяц в спортивно-оздоровительный лагерь. Он был разбит близ районного центра Володарка километрах в ста двадцати от Киева в сторону Белой Церкви. Свежий воздух, чистое озеро, живописные места, уютный стадион с отличным полем — все это в полном нашем распоряжении. Утренние пробежки, работа с мячом над техникой, тренировочные игры, рыбалка и чтение книг, взятых с собой из дому. Мы сами ощущали, что после месяца такой жизни возвращаемся домой окрепшими и поздоровевшими. В 14 лет данные в моей врачебно-контрольной карточке существенно изменились: вес — 49 килограммов, рост — 165 сантиметров, спирометрия — 3600.
А в шестнадцать лет мой вес был уже 63 килограмма, рост — 176,5 сантиметра, спирометрия — 4500.
Да, за годы тренировок в школе я окреп, вырос, набрал вес. Силенка прибавилась, но в матчах я по-прежнему не любил единоборств с защитниками. Голы забивал преимущественно на скорости: пробросишь мяч, убежишь от защитника, выйдешь один на один с вратарем и — бей! А голкиперы в мальчишеских командах, помнится, всегда были слабенькие. И все-таки в составы детских команд и юношеских сборных города на республиканские соревнования меня на первых порах не включали: туда подбирали ребят, которые предпочитали силовую борьбу — «бойцов». А когда в первый раз в жизни я наконец-то выехал в составе сборной команды Киева во Львов на розыгрыш Кубка «Юность», то весь турнир отсидел на скамейке запасных. Тренеры снова отдали предпочтение «бойцам». И так продолжалось почти до пятнадцати лет…
