В Средней Азии, где прежде чай называли "ха", ныне общеупотребительным стало "чай" или "чой". Монголы, познакомившиеся с чаем через Тибет, называют его "цай"; калмыки, узнавшие о чае от монголов, говорят "ця"; а арабы, покупавшие чай в Синьцзяне, - "шай".

Японцы и корейцы, соседствующие с Восточным Китаем, слово "чай" произносят как "тьа". Отсюда и пошло наименование чая у большинства европейских народов, впервые познакомившихся с чаем либо через Юго-Восточный Китай, либо через Японию и вывозивших его из Амоя, отчего именно амойское произношение - "тьа" или "теа" - было положено в конце XVIII века в основу ботанического латинского названия чая (Тhеа), и это слово стало произноситься англичанами как "ти", а французами, итальянцами, испанцами, румынами, голландцами, немцами, шведами, датчанами, норвежцами - как "тэ".

Английские и голландские мореплаватели впервые установили свои контакты с Китаем через порты Юго-Восточной части Китайской империи и в дальнейшем получили от китайского правительства разрешение посещать именно только эти порты и не пытаться проникать в другие части Китая. Этими портами были Гуанчжоу (Кантон), Самынь (Амой) и Фучжоу, отчего вывозимые оттуда китайские чаи получили в Европе название кантонских или амойских.

Среди африканских народов распространены арабский, английский, французский или португальский варианты наименования чая - каждое в прямой зависимости от того, кто впервые занес его в ту или иную африканскую страну.

Совершенно особняком стоит название чая у поляков - "хербата". Слово это не польское, а слегка видоизмененное латинское "герба", что означает "трава" (вспомните "гербарий"). Дело в том, что чай долгое время применялся в Польше исключительно как лекарственное средство, так и не получив распространения как напиток, и продавался поэтому исключительно в аптеках. Аптекари и дали чаю такое название, считая, что чаинки изготовляют из особого вида "китайской травы".