Верняк. (мотается, как тряпка, в руках Амбала) Извините меня, ради Бога, извините… я причинил вам боль… извините… я не подумал… я хотел как лучше…

Амбал. (кричит) Как лучше?! Сука! Щас я тебе жопу на рыло натяну — вот тогда тебе будет лучше! Ах ты!.. (замахивается)

Амбал делает широкий замах и вдруг резко останавливается и отпускает Верняка. Его отвлекают звуки нового полового акта, идущие из глубины сцены — стоны, вздохи и т. д. Они существенно тише прежних, но повторяют их во всем прочем.

Амбал. (потрясенно) Как? Снова?

Пауза. Амбал и Верняк напряженно прислушиваются.

Верняк. (вслушиваясь) Нет… по-моему, это где-то рядом…

Амбал вдруг стукает себя по лбу и начинает смеяться.

Верняк. Что? Что? Что случилось?

Амбал. (сквозь смех) Это же наш… наш жук в сапогах… Вот ведь ушлое жучило! Это же он Печу-мечу жарит… Ой, не могу…

Пауза.

Амбал. (отсмеявшись, спокойнее) Ты мне тогда вот что разобъясни, коли ты такой ученый: сам-то ты как думаешь свою Королеву искать? А? Или она тебе, красавцу малахольному, фотку выслала по такому случаю? С точным адресом… вот эта улица, вот этот дом?

Верняк. (серьезно) Вы вот смеетесь, а между тем так оно и есть… то есть, не совсем так, но близко к тому.

Амбал. Да ну? (снова начинает смеяться, сквозь смех) Близко к тому, что крыша у тебя совсем уедет… покажи фотку-то… как она — баба ничего? Все на месте — сиськи-письки?