Умник. Да я и не волнуюсь. Мне-то — до фени — подкинет… не подкинет… Миллионом больше, миллионом меньше — какая разница? (продолжает оглядываться, тоскливо) Однако же… Дыра — она дыра и есть…

Амбал. А мне так нравится. Тепло, просторно. А где она, эта, как ее?

Умник. Кто?

Амбал. Ну… эта… которую надо отловить… как ее…

Умник. Яйцеклетка, что ли? Разбежался… Ты чего, думал, ее тебе так сразу и выдадут? Ее, браток, еще найти надо…

Амбал. (жизнерадостно) Найти и обезвредить! (делает несколько боксерских па вокруг сидящего на полу Умника) Это мы быстро! Это мы чики-чики! (останавливается, прислушиваясь) Слышишь? Слышишь? Что я тебе говорил? Щас новых подкинет. Во бычина!

Сначала тихо, затем — с нарастающей силой — звуки нового оргазма. На сцену влетают трое — Хитрец, Дебил и Рачо-нивчо. Хитрец — плотно сбитый мужичок в сапогах, в куртке, с рюкзачком за спиной, встает сразу, настороженно осматривается и, убедившись, что непосредственной угрозы нету, начинает тщательно отряхиваться, присматриваясь к остальным. Дебил, не поднимая головы, проходит в угол, садится там на корточки и начинает сосредоточенно ковырять в носу, не обращая особого внимания на происходящее. Рачо-нивчо — коротко стриженная, одетая по-мужскому женщина, сидит, обхватив руками коленки, и исподлобья изирается вокруг.

Амбал. Здорово, братаны! Добро пожаловать в нашу… эту… как ее…

Умник. Дыру.

Хитрец. Здорово, здорово… Вы, я так понимаю, с предыдущего заброса? Ну и как оно тут?

Амбал. Класс! Прямо лунапарк. Ну ты сам видел. Трубы всякие… аэродинамические и вообще. Класс, короче.