Заруцкий. Бедный, в каком он безумии. Зачем я коснулся его живой струны? (К Юрию) Послушай, запомни мои слова: дома лучше!..
Юрий. Я еду — я должен ехать — я хочу ехать… (Кидается на стул и вдруг закрывает лицо руками.)
Заруцкий (стоит в безмолвии над ним, покачав головою). Бедный!.. Кто виноват?.. Неужели человек может быть так чувствителен, что всякая малость раздражает его до такой степени. (Ударив себя по сердцу) Этого я, по чести, не понимаю!.. Эй, брат. Вставай-ка — ты болен… Опомнись (трогает его).
Юрий. Да! я болен! Смертный яд течет по моим жилам. (Зар<уцкий> под<нимает> его.) (Как ото сна встает.) Где я, у кого я?
Заруцкий. В объятиях твоего друга.
Юрий (обнимает его с восторгом). У меня есть друг.
Заруцкий. Утешься, брат — не век горе.
Юрий (не слыша его). Ты на меня не сердит? а? прости мне, если я что-нибудь тебе обидное сказал — не я говорил — мои страсти, мое безумство — прости меня…
Заруцкий. Тебе нужен свежий воздух!.. Итак, пойдем отсюда… в поле… (Уходят.)
ЯВЛЕНИЕ 6(Комната барышень. Любенька сидит и читает. Горнишная шьет платье, а Элиза перед трюмо. Все тихо.)
Элиза (примеривая шляпу). Посмотрите, ma soeur [(сестра, (франц.)], как эта шляпка на мне сидит. Не правда ли, что прекрасно…
Любовь. Да, это правда. (Положив книгу) Ах! если бы ты знала, какую прекрасную книгу я читаю.