МИХАИЛ. Сейчас, здесь? Вы даёте, батюшка!

ВАСИЛИЙ. А что? Алена, неси гитару, послушаем, пока на стол накрываете.

ЕЛЕНА (выходит и возвращается с гитарой). Надеюсь, песни пристойные.

МИХАИЛ. Без матерков. Все равно стесняюсь. (Берет гитару, перебирает струны).

ЕЛЕНА. Если пристойные, спойте. Послушаем.

ВАСИЛИЙ. Что ты, словно красна девица? Давай, не стесняйся!

Михаил начинает негромко. Поет что-то религиозно — блатное, возможно из репертуара Гинтаса Абариоса или радиостанции "Шансон". Тем временем Лена приносит посуду — тарелки, что-то из еды, все садятся за стол.

АГАФЬЯ. Со смыслом песня. Не то, что голопузые орут по телевизору.

ЕЛЕНА. Берет за душу. Прямо новелла. Кусочек жизни.

ВАСИЛИЙ. Помолимся! (Все встают). Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе, Царю Небесный Дорогой Господь! Мы благодарим тебя за этот прекрасный день. Спасибо за освобождение Михаила. Спасибо, что не оставляешь нас своим вниманием. Прости за наши прегрешения. Благослови и раздели с нами нашу трапезу. Отче наш, иже еси на небесах, да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днес; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим: и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого. Яко Твое есть Царство, и сила и слава во веки. Аминь.

АГАФЬЯ и ЕЛЕНА. Аминь! (Все садятся, принимаются за еду).

АГАФЬЯ. Может по рюмочке, отметим начало новой жизни Михаила? Я достану.

ВАСИЛИЙ. Не против.

АГАФЬЯ. (Достает из шкафа бутылку красного вина, рюмки, поворачивается к Михаилу). Ты, наверное, водочки выпил бы. Нет у нас в доме.

МИХАИЛ. За освобождение выпью всё, что нальете.

ВАСИЛИЙ (разливает по рюмкам). Обойдемся без длинных речей. За твою новую жизнь, Михаил! (Крестит). Храни, тебя Бог!

ЕЛЕНА. Аминь!