ВАСИЛИЙ. Не знаю. Мама, хватит, а! Кажется, на все вопросы ответил. Давайте ужинать.

АГАФЬЯ (идет на кухню). Пойду, поставлю греться.

ВАСИЛИЙ. (Дочери). С Сашей помирилась?

ЕЛЕНА. Занят диссертацией. Вместе с твоей профессоршей участвует в дискуссиях по телевизору и в газете, на меня времени не остается.

ВАСИЛИЙ. Читал я его выступление. Здравые мысли высказывает.

ЕЛЕНА. Так ты, одобряешь его? (Возвращается Агафья).

ВАСИЛИЙ. Официальная церковь не приветствует дискуссии.

ЕЛЕНА. Прав он в одном, через веру начинается возрождение. И не важно в церкви или мечети, синагоге или в библиотеках, кинозалах, где протестанты проводят свои службы. Только покаяние, возрождение духовности спасут нас от полного одичания.

ВАСИЛИЙ. Браво! У меня в семье появился сторонник конвергенции.

ЕЛЕНА. Кстати, об антихристах, как бабушка их называет. Сегодня прочитала про питерского художника Вячеслава Чеботаря. Задумал построить огромный храм высотой в Останкинскую башню и наполнить его разными картинами из Писания. Служить там будут представители всех религий на земле — православные, католики, все христиане, иудеи, мусульмане, буддисты. Через живопись, скульптуру и графические работы предполагается покаяние и очищение. Проект уже видели Папа Римский, и наш Патриарх Святейший Алексий. Одобрили идею. Решают, в какой стране строить этот храм. Наступит время, и все объединятся.

АГАФЬЯ. Я не доживу.

З а т е м н е н и е

3. Дома у Юлии. Обложившись книгами, читает рукопись аспиранта, отмечает карандашом отдельные места, произносит вслух.

ЮЛИЯ (читает). "Без этой свободы человеческая жизнь не имеет ни смысла, ни достоинства, и это самое главное. Смысл жизни в том, чтобы любить, творить и молиться. И вот без свободы нельзя ни молиться, ни творить, ни любить", — емко умел выражать Иван Александрович свои мысли! (Продолжает читать про себя, затем вслух). Еще одну цитату из Ильина приводит.