Лаклесс. Так ведь наши драматические театры давно уже превратились в кукольные.
Маккулатур. Возможно, оно и вправду будет иметь успех. Конечно, если мы сумеем сочинить подходящий титульный лист. Я, пожалуй, заключу с вами сделку – заходите в кабинет. А вы, господа, можете пойти пообедать.
Входят Джек Пудинг и барабанщик в сопровождении толпы.
Джек Пудинг. Спешим довести до сведения всех дам и господ и прочего люда, что нынче вечером в Королевском театре Друри-Лейн состоится премьера кукольного представления под названием «Столичные потехи». Вам покажут спектакль о делах при дворе государыни нашей Ахинеи с превеликим множеством песен, танцев и различных дивертисментов, а также вы услышите разные смешные и занимательные шутки, кои сочинили Некто и Никто. Еще перед вами появятся Панч и жена его Джоан, в исполнении артистов шести футов ростом
Барабанная дробь.
Встречаются Лаклесс и Уитмор; в руках у второго газета.
Уитмор. Ба, Лаклесс! Как я рад нашей встрече. А ну-ка, потрудись заглянуть в этот листок – ручаюсь, ты потеряешь всякую охоту к сочинительству.
Лаклесс. А что это? Ах, объявление о моем спектакле!
Уитмор. О твоем?
Лаклесс. Ну да. Я воспользовался твоим утренним советом.
Уитмор. О чем ты, я в толк не возьму.
Лаклесс. Так вот. Недавно я отдал эту свою пьесу в один театр, где ее стали репетировать. Актеры отлично справлялись с ролями, но мы повздорили из-за пустяков, и я начал подумывать, не забрать ли ее. А когда еще Марплей отверг мою трагедию, я в сердцах начал переговоры с другим театром, и сегодня у них играют премьеру.
Уитмор. Что ж, желаю удачи.
Лаклесс. Но куда ты идешь?
Уитмор. Куда угодно, лишь бы не слышать, как тебя освистают! Впрочем, мне, наверно, следовало бы пойти с тобой, чтобы быть свидетелем твоего провала.