Дэд. Я тебе не дед… Крепче держись, не поскользнись на свежей краске!

Спускаются, дистанция между ними сокращается.

Иду вниз, слава богу! Вот и отполировал его еще раз… Эта нескончаемая работа совсем измотала меня. А ведь у меня была возможность…

Чарли (рядом с ним). Осторожно, голова, Дэд!

Дэд. Осторожно, ноги, Чарли!

Чарли. Я послежу за ногами, Дэд, а ты помни о моей голове. Береги голову, Боб!

Боб (рядом). Следи за ногами, Чарли.

Альберт. Спускаюсь!… Ну чем он не великолепен, наш мост!

Дэд. Не лучше, чем всегда. Двадцать лет, двадцать тысяч ведер краски… Разве такие планы я строил…

Чарли. Думал, конца ей не будет, этой работе…

Боб. Да какой это к черту конец!…

Дэд. Десять слоев краски один на другой – и все бесполезно, ничего не меняется. Чтобы защитить его от непогоды – много времени и масса краски. Неужели только это от меня и останется?

Альберт. А мне как раз нравится, что все остается неизменным…

Дэд. Фермы этого моста поглотили мою жизнь, а за пять минут я мог бы отскоблить его вновь до железа.

Альберт. Но зато в твоей сделке с миром все очень точно и просто: твоя зарплата, твое время, твоя энергия и все, что ты имеешь, содержится здесь, в десяти слоях краски. Подумай, в этом что-то есть: все, что ты отдал, никуда не исчезает. Все остается как было. А ведь жизнь иного рабочего дробится на частицы, рассеивается без следа и остатка. Он делает колесо – оно меняет цвет, куда-то вставляется, что-то вращает, о чем он и понятия не имеет.

Боб. Осторожно, ноги, Альберт! Береги голову, Чарли!

Чарли. Эй, моя голова, Боб!

Боб. Осторожно, ноги, Чарли!

Чарли. Береги ноги, Дэд!

Альберт. Спускаюсь! Вы только взгляните на него! Ажурный, бесконечный! Мы качаемся на его перекладинах, как мартышки.