Акки. Два золотых.

Табтум. Я могу дать тебе три золотых.

Акки. Значит, ты принадлежишь к самому высшему свету, прекрасная дама.

 Табтум дает ему три золотых.

Госпожа Хамурапи, жена архиминистра, дает мне не больше.

 В глубине появляется архиминистр и с интересом прислушивается к разговору.

Табтум. Хамурапи? Эта потасканная выдра из пятого квартала? В следующий раз ты получишь четыре золотых. (Уходит со служанкой направо.)

 Архиминистр в ярости исчезает.

Акки. Ну как?

Навуходоносор (почесывая затылок). Должен признать, пока выигрываешь ты.

Ангел (к Курруби). Какой талантливый нищий этот Акки! Земля, как видно, очень интересная звезда. Во всяком случае, для меня, повидавшего столько светил.

Навуходоносор. Сейчас и у меня получится.

Акки. Тем лучше, нищий Анашамаштаклаку. Вон отправился в путь Энггиби, генеральный директор банка «Энггиби и сын». Он в десять раз богаче царя Навуходоносора.

Навуходоносор (со вздохом). Бывают же такие бесстыжие капиталисты...

 Справа двое рабов вносят в паланкине Энггиби. За ними семенит толстый евнух.

Тридцать золотых, великий банкир, тридцать золотых!

Энггиби. Откуда ты взялся, нищий?

Навуходоносор. Из Ниневии. Моя клиентура – только высшее общество. Я никогда не получаю меньше тридцати золотых.

Энггиби. Ниневийские купцы бросают деньги на ветер. Щедрые в малом, они прижимисты в большом. Ладно, дам тебе золотой за то, что ты чужестранец. (Кивает евнуху, и тот дает Навуходоносору золотой.)

Энггиби (к Акки). Ты тоже из Ниневии?