Великая княжна. Ну называйте меня Аннаянска. А я буду называть вас крысоловом, как бабушка.

Страмфест (взволнован до глубины души). Шнайдкинд!.. Поговорите с ней… я не в состоянии. (Всхлипывает.)

Шнайдкинд (официально). Беотийская республика была вынуждена ограничить свободу Панджандрама и членов его семьи — ради их собственной безопасности. Вы нарушили установленные ограничения.

Страмфест (продолжает мысль лейтенанта). И являетесь теперь — я вынужден произнести это слово — арестованной. Что мне с вами делать?

Великая княжна. Раньше надо было думать.

Страмфест. Так нельзя, арестованная. Вы знаете, что с вами будет, если вы меня вынудите принять более строгий тон.

Великая княжна. Нет, не знаю. Но я знаю, что будет с вами.

Страмфест. Что же?

Великая княжна. Голос сорвете.

Шнайдкинд прыскает, роняет бумагу и, нагнувшись за ней, прячется за стол, чтобы скрыть приступ смеха.

Страмфест (громовым голосом). Лейтенант Шнайдкинд!

Шнайдкинд (давясь от смеха). Здесь, сэр. (Стол трясется.)

Страмфест. Вылезайте из-под стола, дурак, — чернила прольете.

Шнайдкинд появляется из-за стола; лицо его красно от едва сдерживаемого смеха.

Страмфест. Почему вы перестали смеяться? Или шутка ее императорского высочества не кажется вам смешной?

Шнайдкинд (внезапно посерьезнев). Мне не хочется смеяться, сэр.

Страмфест. Извольте смеяться. Я вам приказываю.

Шнайдкинд (не без раздражения). Никак не могу, сэр. (Решительно садится.)